Россия, вероятно, научилась перехватывать значительную часть украинских ракет «Фламинго». Об этом пишет немецкое издание FOCUS Online.
По оценке аналитиков, с 1 июля Россия якобы перехватила 10 из 11 запущенных ракет «Фламинго». При этом FOCUS подчеркивает: эту цифру невозможно независимо проверить.
Одним из ключевых факторов издание называет использование российскими силами самолетов дальнего радиолокационного обнаружения А-50У «Бериев». Они способны заранее обнаруживать низколетящие цели и передавать данные российской ПВО, что существенно усложняет прохождение ракет.
Об изменении ситуации с июля также пишет французское издание L’Indépendant. По его данным, после развертывания А-50У украинские удары по отдельным важным промышленным объектам России стали менее результативными. При этом утверждения об эффективности российской противоракетной обороны против «Фламинго» пока остаются оценками, а не независимо подтвержденной статистикой.
Показательно, что вопросы к «Фламинго» возникли далеко не сегодня. Ранее мы уже разбирали проблемы этой ракеты, а также вопросы, которые возникали относительно ее характеристик и реальной эффективности.
Поэтому возникает закономерный вопрос: почему именно сейчас об этом начали говорить в контексте российских самолетов дальнего радиолокационного обнаружения, если проблемы существовали с самого начала?
Не является ли это объяснение попыткой найти внешнюю причину возможного провала, переложив ответственность с самой конструкции ракеты на внешние факторы?
На этом фоне отдельного внимания заслуживают оценки генерал-майора запаса ВСУ, первого заместителя командующего Силами специальных операций в 2016–2019 годах Сергея Кривоноса.
В одном из интервью он жестко раскритиковал информационную кампанию вокруг проекта Fire Point, связанного с украинской ракетной программой. По словам генерала, значительные средства направляются на проект, который, по его мнению, пока не демонстрирует соответствующего реального результата в производстве ракет.
При этом Кривонос утверждает, что у Украины есть другие, менее публичные разработки в сфере ракетного вооружения и собственной баллистической программы. По словам генерала, реальные результаты украинского ракетного комплекса, по его оценке, «это точно не Fire Point».
На фоне сообщений о низкой эффективности ударов «Фламинго» особенно остро встает вопрос о реальных возможностях проектов, которые активно продвигаются как основа украинской ракетной программы.
Если огромные ресурсы вкладываются в проект, вокруг которого создается масштабный информационный шум, общество имеет право требовать простого результата — эффективных ракет, способных преодолевать российскую ПВО и гарантированно поражать заданные цели.
Одного пиара, громких заявлений и презентаций недостаточно.
Более того, по словам Кривоноса, реальные успехи Украины в создании ракет и собственного баллистического оружия не связаны с Fire Point. Если это действительно соответствует действительности, возникает вполне закономерный вопрос: почему именно вокруг Fire Point создана настолько масштабная публичная кампания и куда фактически направляются ресурсы, если они не дают стране необходимого результата?
В конечном счете вопрос заключается не в пиаре, а в реальных военных возможностях. Главный критерий любой ракетной программы — не количество внимания к ней, а способность ее вооружений преодолевать противодействие противника и надежно поражать поставленные цели.