Недавно СЕО и технический директор компании Fire Point Ирина Терех дала большое интервью для Fedoriv Vlog. После выхода разговора ее цитаты быстро разошлись по украинским СМИ — интервью получилось довольно провокационным.
«Когда все называют себя Miltech-компаниями, мы называем себя “Milftech”-компанией», — пошутила Терех, пояснив, что сейчас «Milftech» уже является официальной торговой маркой Fire Point.
Эти слова Ирины Терех мгновенно подхватили СМИ, что полностью сместило фокус с самого главного вопроса, ответ на который так жаждет услышать общество: когда украинская баллистика начнет регулярно лететь по целям в РФ?
Речь идет о FP-9 — баллистической ракете с заявленной дальностью до 850 км и массой боевой части до 800 кг. Именно такая дальность потенциально позволяет доставать объекты в районе Москвы.
И здесь возникает главный вопрос: когда FP-9 будет действительно готова?
Ранее представители Fire Point называли совсем другие сроки. В конце 2025 года компания декларировала завершение работ над FP-9 в первой половине 2026-го. Позже Денис Штилерман ожидал завершения необходимых испытаний и кодификации уже в феврале. В конце концов сроки снова сместились.
30 сентября Ирина Терех заявила, что FP-9 находится на финальной стадии, однако впереди еще серия испытаний, а разработку планировали завершить до конца осени.
Уже 3 октября Президент Владимир Зеленский в разговоре с Reuters сообщил, что лично контактировал с разработчиком:
«Я спросил их: “Где моя FP-9?” Нам нужна FP-9. И я уверен, что этой осенью FP-9 будет готова».
7 октября американское издание National Defense Magazine опубликовало материал по выступлению Терех на конференции в Лондоне. По ее словам, 4 октября FP-9 совершила первый боевой полет, которому предшествовало около 20 тестовых пусков.
Однако информация о цели и результатах поражения остается под грифом секретности.
Важный нюанс: испытания — это не серийное производство
Терех прямо отметила: FP-9 еще нельзя считать полностью завершенной разработкой. В Fire Point вообще не говорят о достижении условного Technology Readiness Level 9 (TRL 9) — высшего уровня технологической готовности, когда система прошла полный цикл разработки и готова к стабильному серийному использованию.
И это принципиальная разница. Первый боевой пуск — это еще не серийное производство. При желании можно изготовить единичный экземпляр, совершить запуск (который может даже не достигнуть цели) и отчитаться о выполненном дедлайне. При этом реальное серийное производство может оставаться вопросом нескольких следующих лет. Именно поэтому к громким заявлениям об успехах стоит относиться без лишней эйфории: одиночный пуск не гарантирует способности ежемесячно выпускать сотни ракет и систематически применять их на фронте.
А как насчет FP-7?
Если вокруг FP-9 остается много неопределенности, то тактическая баллистическая ракета FP-7 уже перешла к практике. 1 октября Владимир Зеленский сообщил о ее первом боевом применении:
«Первое боевое применение. Спасибо за результат. Далее — производство».
Точная цель и результаты применения FP-7 официально не раскрывались. По данным Fire Point, FP-7 имеет дальность до 250 км и боевую часть до 200 кг. Ранее в открытых источниках фигурировали другие цифры — дальность до 200 км и БЧ до 150 кг.
Здесь возникает тот же вопрос: почему молчат о четких сроках налаживания серийного производства?
Изготовление баллистических ракет — сверхсложный процесс. Во всем мире лишь 15–20 стран обладают полным циклом таких технологий.
Совершенно секретно: кто контролирует Fire Point?
Fire Point стала одной из самых раскрученных частных оборонных компаний Украины. Она производит ударные БПЛА, крылатую ракету FP-5 «Фламинго» и разрабатывает баллистику.
В то же время к компании возникает немало вопросов относительно прозрачности финансирования, государственных контрактов и расследований НАБУ. «Украинская правда» ранее освещала вопросы относительно ее собственности и вероятного интереса со стороны бизнесмена Тимура Миндича.
Несмотря на стратегический статус предприятия, структура его финансов остается закрытой даже для антикоррупционных органов. По данным 5 канала, Госфинмониторинг более полугода не предоставляет НАБУ данные по движению средств Fire Point.
В условиях войны секретность оборонных предприятий понятна. Однако полное отсутствие прозрачности и независимого контроля вызывает беспокойство: когда ключевой производитель ракетного оружия работает в информационном вакууме, возникает риск создания непрозрачных частных монополий за государственные средства.
Кстати, прибыли компании впечатляют. По данным Центра противодействия коррупции, который получил ответ на официальный запрос от Министерства обороны Украины, за два года Fire Point получила государственных контрактов на покупку только БПЛА на астрономическую сумму — более 107,44 миллиарда гривен. Из них 56,74 млрд грн приходится на 2025 год, а еще 50,70 млрд грн — на 2026 год.
А что с «нападением» на Штилермана?
В начале октября в СМИ появилась новость о якобы покушении на совладельца и главного конструктора Fire Point Дениса Штилермана.
Военный журналист Сергей Ауслендер со ссылкой на собственные источники заявил, что под Киевом на Штилермана было совершено нападение, в результате которого тот получил ранение, а охранник погиб. Вскоре сам Штилерман вышел на связь, а в Fire Point назвали эту информацию вымыслом. Правоохранители факт нападения публично не подтвердили.
Тем временем на страницах The Wall Street Journal одна за другой появляются публикации о Fire Point — и ни в одной нет ни намека на критику. Авторы одного из самых влиятельных американских изданий предпочитают не упоминать ни об интересе Миндича, ни о скандалах вокруг оборонного бюджета или невыполненных обещаний, ни о неоднозначном прошлом Дениса Штилермана. Такое демонстративное молчание свидетельствует об одном: все четыре материала носят рекламный характер. Кстати, стоимость только одной рекламной полосы в WSJ превышает $180 тысяч.
Именно здесь кроется ключевая проблема — информационный шум, которым окружена Fire Point. Когда фактические сроки готовности ракет постоянно смещаются, а системы не достигли уровня TRL 9, громкие заявления о «Milftech», реклама на сотни тысяч долларов, фейковые детали о «покушениях» выглядят как попытка переключить внимание общества.
ЧТО ИМЕЕМ?
Один боевой пуск свидетельствует лишь о прохождении очередного этапа испытаний. Это не означает наличия серийного выпуска или сформированных цепочек поставок. Постоянное перенос сроков показывает реальную сложность разработки баллистики, однако чересчур оптимистичные публичные обещания формируют в обществе напрасные ожидания.Блокирование доступа НАБУ к финансовым данным Fire Point создает серьезные коррупционные риски в стратегически важной отрасли. Потребность в трезвой оценке. Успех ракетной программы измеряется не количеством эксклюзивных интервью или громких заявлений, а систематическими поставками готовых ракет в войска.